Не надо говорить, что она еще родит: как пережить перинатальную потерю и поддержать близкого

Текст написан совместно с проектом Ad Rem — организации, занимающейся помощью детям и женщинам, столкнувшихся с насилием. Составить заявление о домашнем насилии можно через телеграм-бот @stop_violence_bot.

Почему даже ранний выкидыш может быть тяжелым горем для родителей

Перинатальной потерей обычно называют утрату во время беременности, родов или в первые сутки после рождения ребёнка. Но сегодня это понятие шире. Оно включает и некоторые ситуации, связанные с репродуктивным здоровьем: например, потерю возможности выносить ребёнка или неудачные попытки ЭКО.

Но потеря беременности не всегда переживается как потеря ребёнка. Для одной женщины это смерть уже существовавшего в её внутреннем мире малыша, для другой — именно потеря беременности. Но почему многие женщины действительно тяжело переживают выкидыш на раннем сроке или вообще беременность, которая так и не наступила? Потому что это потеря надежды и ожиданий. Если беременность не наступила или прервалась на очень раннем сроке, женщина всё равно теряет то будущее, которое уже успела для себя представить. Очень часто к этому моменту уже есть фантазии о том, какой будет семья, каким будет ребёнок, как изменится жизнь, как она станет мамой, а партнёр — папой, и всё это в один момент рушится.

Важно понять, какие именно ожидания были связаны с этой беременностью и почему эта потеря настолько болезненна именно для этой женщины. Для кого-то это страх не оправдать ожидания мужа, для кого-то — ощущение собственной неполноценности, для кого-то невозможность реализовать свою материнскую идентичность, а для кого-то разрушение жизненного плана, в котором всё было рассчитано по времени.

Эта потеря не только беременности, но и представления о будущем и представления о себе как о матери, и это переживается как утрата.

Не существует срока, после которого горе становится «достаточно серьезным». Не стоит определять за женщину, кого именно она потеряла и насколько сильно имеет право страдать.

Почему приободрение «ты еще родишь» не поможет

Кажется, что лучший способ — сделать вид, будто ничего страшного не произошло, отвлечь, убедить не плакать, сказать, что всё ещё будет. Нам кажется, что так мы уменьшаем боль. Но на самом деле это психологические защиты: нам трудно выдержать горюющего человека и хочется как можно скорее, чтобы он перестал страдать, плакать, пришел в норму. Поэтому многие близкие после потери ребенка говорят женщине: «Он же еще не родился», «Это всего лишь клетки», «Ты молодая, еще родишь». Обычно люди произносят такие фразы не из жестокости, а потому, что искренне хотят утешить. Но это плохая тактика.

Самое лучшее, что мы можем сделать для человека в горе — это не торопить его, не подталкивать забыть и успокоиться, а дать человеку возможность рядом с другим человеком проживать все чувства: плакать, злиться, задавать вопросы, отчаиваться, ненавидеть — проживать все то, что он чувствует. И просто быть рядом — хотя это большой душевный труд. И редко кто может его выдержать, поэтому хорошо, когда женщина может прийти к психологу.

Вместо «ты еще родишь» можно сказать: «Мне очень жаль», «Я рядом», «Тебе не нужно сейчас держаться», «Я могу тебя выслушать или просто побыть рядом». Не обязательно искать идеальную фразу. Гораздо важнее признать, что произошло страшное и болезненное событие.

Почему супруги могут переживать потерю по-разному

После перинатальной потери внимание обычно сосредоточено на женщине. Именно она переживает утрату физически, находится в больнице и проходит через медицинские процедуры. Но партнер тоже может находиться в тяжелом состоянии, хотя со стороны его переживания менее заметны.

Если женщине обычно сочувствуют, потому что именно она переживает потерю физически, лежит в больнице и проходит через медицинские процедуры, то переживания мужчины часто остаются незамеченными. Кажется, что он здесь ни при чём, ведь беременность была не в его теле. Но мужчина может переживать не меньше: ждать под дверью операционной, не понимать, что происходит с женой, будет ли она жива, что будет с ребёнком.

И здесь тоже многое зависит от культуры. Молодые мужчины сегодня гораздо чаще позволяют себе говорить о чувствах и признавать своё горе. У старших поколений сильнее установка, что мужчина обязан быть сильным, держаться и быть опорой. Поэтому женщина иногда воспринимает его уход в работу как равнодушие, хотя для него это может быть единственным способом справиться с тревогой и болью.

Чаще всего у мужчин включается установка: «Я должен быть сильным». Им кажется, что сейчас нельзя раскисать, потому что нужно заботиться о жене, о детях, брать ответственность на себя. И если это не получается, появляется сильное чувство собственной несостоятельности: «Почему я не справляюсь? Почему это произошло именно с нами? Что со мной не так?»

Если ребенок был долгожданным, мужчина тоже переживает потерю надежды и того будущего, которое уже успел представить. Но, наверное, ещё тяжелее для многих оказывается чувство полной потери контроля.

Особенно это касается мужчин, которые привыкли всё решать и брать ответственность. Когда жена находится в операционной, а ты ничего не можешь сделать, никак не можешь повлиять на происходящее, это переживается очень тяжело. И одним из самых важных открытий становится мысль, что иногда быть рядом, держать за руку, обнимать — это уже огромная помощь. Не нужно срочно искать способ остановить её слёзы или немедленно всё исправить.

Иногда возникают и совсем тяжёлые ситуации, когда врачам приходится обсуждать с отцом сложнейшие решения. К счастью, это бывает редко, но такая ответственность становится для мужчины практически непереносимой. Поэтому, хотя обычно всё внимание сосредоточено на женщине, мужчины тоже проходят через очень тяжелое переживание.

Откуда берется чувство вины

После потери женщина может снова и снова спрашивать себя, что она сделала не так: не пропустила ли тревожный симптом, не навредила ли ребенку физической нагрузкой, работой, поездкой, стрессом или лекарствами.

Бывает, что беременность протекает идеально, анализы хорошие, все делают всё возможное, а трагедия всё равно происходит. Это очень тяжело прожить, потому что мы в этот момент сталкиваемся с непредсказуемостью жизни и невозможности ее контролировать.

Особенно людям, которые по характеру или по профессии привыкли все контролировать — руководителям, предпринимателям, тем, кто привык управлять ситуацией. Роды вообще очень непредсказуемый процесс, и перинатальные психологи всегда стараются говорить об этом заранее: можно хорошо подготовиться, но невозможно заранее знать, как всё сложится.

Поэтому так важно ещё во время подготовки к родам понимать, что идеального сценария не существует. Когда человек уверен, что всё просчитал и всё обязательно будет именно так, любое отклонение от этого плана переживается гораздо тяжелее и часто сопровождается сильным чувством вины: «Что я ещё могла сделать? Почему этого оказалось недостаточно?»

Поиск собственной ошибки может быть попыткой вернуть ощущение контроля: кажется, что, если найти причину, в будущем трагедию удастся гарантированно предотвратить. Но не каждую потерю можно было предвидеть или остановить, даже если женщина делала все возможное.

Нужно ли видеть ребенка и прощаться с ним

Один из самых тяжелых вопросов возникает, когда после потери женщине предлагают увидеть умершего ребенка, взять его на руки или попрощаться. В первые часы естественной реакцией может быть желание отвернуться и ничего не запоминать.

Надо или не надо прощаться с умершим ребенком – на это нет универсального ответа. Но я знаю немало женщин, которые спустя годы жалели, что не попрощались. В тот момент психика может защищать человека, хочется отвернуться, не видеть, не помнить. Но позже иногда появляется желание хотя бы один раз посмотреть на ребенка, взять его на руки, проститься. Только этой возможности уже нет.

Именно поэтому многие специалисты предлагают не принимать решение сразу, а хотя бы немного подумать. Потому что этот момент уже невозможно будет вернуть.

Есть еще одна важная причина. Для психики очень важно встретиться с реальностью произошедшего. Именно принятие самого факта утраты становится одним из шагов к проживанию горя. Для психики важно встретиться с этой реальностью и понять, как теперь с ней жить. Именно поэтому существуют похоронные ритуалы: человеку важно увидеть, что смерть произошла.

Когда работаешь с женщинами, которые не попрощались с ребёнком, видишь, какие разные состояния бывают. Кто-то винит себя: «Почему я не попрощалась? Что же я за мать?» У кого-то появляются мысли: «А вдруг он жив? А вдруг его кому-то отдали?» Это бывает нечасто, но если психика не смогла встретиться с фактом утраты, она иногда начинает искать другие объяснения.

При этом многие женщины, которые всё же увидели ребёнка и смогли попрощаться, позже говорили, что не пожалели об этом. Возможность побыть рядом, поплакать, сказать что-то малышу помогает пережить потерю. Но это не универсальный путь: если женщина чувствует, что для неё это невозможно, ее выбор тоже нужно уважать. Здесь нет правильного или неправильного решения.

Зачем нужны ритуалы и памятные вещи

Если потеря произошла на раннем сроке или у родителей не было возможности увидеть ребенка, им все равно может быть важно каким-то образом обозначить случившееся.

Потому что человеку вообще важны ритуалы. Нам нужны символические действия, которые помогают признать: эта глава моей жизни была, а теперь начинается следующая. Изучая разные религиозные и культурные традиции, я обратила внимание на мысль, что смерть словно стирает границу между живыми и мёртвыми, а похороны и другие ритуалы помогают эту границу восстановить. Они позволяют постепенно вернуться к своей жизни и своим обязанностям.

Поэтому так важны символические действия. Кто-то спустя несколько месяцев сажает дерево, кто-то делает фигурку ангела, кто-то создает другой памятный образ. Обычно это происходит тогда, когда психика уже готова к такому шагу.

Смысл всего этого не в том, чтобы «закрыть тему», а в том, чтобы признать: этот ребенок, эта беременность и эта потеря были частью жизни семьи.