Что случилось

В Лондоне стартовало большое разбирательство против Johnson & Johnson: более трех тысяч человек подали иски в Высокий суд Лондона, утверждая, что у них или их близких развились рак яичников и мезотелиома (рак в оболочке, окружающей яички) после многолетнего использования детской присыпки Johnson’s Baby, которая могла быть загрязнена асбестом.

J&J и Kenvue (компания потребительского здравоохранения, выделенная из Johnson & Johnson) это отрицают, настаивая на соответствии стандартам, отсутствии асбеста и доказанной безопасности продукта. Этот процесс стал логичным продолжением многолетнего спора вокруг талька: в США идут десятки тысяч дел, появляются крупные вердикты, а компания еще в 2020 году прекратила продажи тальковой версии в Северной Америке и в 2023 году перешла на кукурузный крахмал по всему миру. При этом компания продолжает отрицать причинно-следственную связь своего продукта с онкологией.​

Согласно данным агентства Bloomberg, общая сумма исков к компании в США превышает $60 млрд, а число истцов — около 50 тысяч человек. Несколько присяжных судов уже присуждали компенсации, включая рекордный вердикт 2018 года в размере $4,7 млрд двенадцати женщинам, однако многие решения позже были оспорены в апелляциях.

Национальный институт рака США (NCI) отмечает, что исследователи по‑разному оценивают возможную связь между тальком и раком яичников: часть работ указывает на незначительное повышение риска при длительном применении в области гениталий, но причинно-следственная связь не доказана. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) и Международное агентство по изучению рака (IARC) классифицируют тальк, содержащий асбест, как «канцероген для человека» (Группа 1), а тальк без асбеста — как «неподдающийся классификации» (Группа 3).

При этом важно понимать, что канцерогеном признаны многие вещи — включая загрязененный городской воздух, алкоголь в любых количествах и даже колбаса. Попадание в класс «канцерогена» не означает, что он вызовет рак. Это значит, что повышается риск его возникновения по сравнению с тем, как если бы все это не было использовано.

В чем суть претензий

Суть претензий проста: тальк — природный минерал и его месторождения нередко соседствуют с асбестом. Истцы утверждают, что именно из-за этого риска возможного загрязнения присыпка становилась опасной, особенно при вдыхании мельчайшей пыли во время использования. 

Адвокаты ссылаются на данные о местах добычи, публикации и внутренние материалы, настаивая, что «месторождений талька без асбеста почти не существует» и что облачка пудры «долго висели в воздухе». В ответ Kenvue заявляет о «годах тестирования независимыми лабораториями», отсутствии асбеста и риска канцерогенности, а также о полном соответствии нормативам.

Что думают ученые

Исследования, опубликованные в Journal of Occupational and Environmental Medicine (2020), подтвердили, что в некоторых образцах промышленного талька находили микроскопические волокна асбеста, однако контрольные партии косметического назначения, протестированные Управлением по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA), в 2019 году не показали превышения допустимых норм. FDA указывает, что тальковая промышленность обязана проводить анализ на асбест, однако, подчеркивает: разработанные технологии не всегда могут это сделать точно. Это значит, что даже самые чувствительные методы могут не обнаружить асбест, если его мало и он распределен «пятнами», а из партии берут крошечную навеску — из‑за малой пробы и неоднородности материала часть волокон легко пропустить.

Медицинские публикации, в частности отчеты British Thoracic Society, подтверждают, что мезотелиома, злокачественная опухоль, происходящая из мезотелия — тонкого слоя клеток, выстилающего серозные оболочки организма (плевру вокруг легких, реже брюшину, перикард и оболочки яичка), чаще всего развивается при профессиональном или бытовом контакте с асбестовыми материалами; даже низкие дозы вдыхания волокон могут вызывать длительное воспаление плевры, приводящее к раку спустя десятилетия.

Почему это не новость «с нуля»

Скандал тянется годами: параллельно с британским делом в США присуждают крупные суммы и идут апелляции. Компания, споря с выводами, все же перешла с талька на крахмал и продолжает утверждать, что решения продиктованы не признанием опасности, а бизнес-факторами и «дезинформацией» вокруг талька. Именно на этом пересечении — геология сырья, методики контроля качества, эпидемиология и судебные стандарты доказанности — и разворачивается нынешний кейс в Лондоне.​

В материалах приводятся живые истории: женщина, пользовавшаяся присыпкой с 1960‑х, получила диагноз рак яичников. Другая — потеряла мужа от мезотелиомы, при этом в отчете о вскрытии упоминались тальк и волокна асбеста. NHS напоминает, что мезотелиома почти всегда связана с воздействием асбеста.​

По оценке аналитиков Morningstar, репутационные и судебные издержки Johnson & Johnson могут растянуться до конца десятилетия, пока каскадные апелляции продолжаются в разных юрисдикциях. В Евросоюзе с 2023 года введены более строгие требования по маркировке косметических средств, включающих тальк, с уточнением происхождения и чистоты материала, в том числе в рамках Регламента ЕС о канцерогенных веществах.

А что в России

Классическая тальковая присыпка Johnson’s Baby в нашей стране больше не продаётся: компания также перевела линейку на кукурузный крахмал и прекратила глобальные продажи талька с 2023 года, поэтому в России доступны именно безталковые варианты на крахмале, а не «та самая» тальковая версия. Поэтому, если у вас на пеленальном столике столике стоит присыпка от Johnson’s Baby, не торопитесь ее выкидывать. В ней безобидный и безопасный крахмал.

Что важно родителям прямо сейчас

А вообще для повседневного ухода присыпка не требуется: достаточно частой смены подгузника, мягкого очищения, «воздушных ванн» и барьерного крема при признаках раздражения. 

Переход крупных производителей от талька к кукурузному крахмалу снизил поводы для беспокойства о тальке, но принцип остаётся тем же: пыль у лица ребенка — нежелательна и не дает дополнительной пользы по сравнению с кремом с оксидом цинка или вазелином при опрелости.

Даже при отсутствии доказанной причинно‑следственной связи с онкологией, основной практический риск присыпок — ингаляционный: мелкая пыль может попадать в дыхательные пути ребёнка и вызывать кашель, свисты и затруднение дыхания, поэтому педиатрические рекомендации советуют избегать пылящих средств у младенцев.

Педиатрические организации, включая Американскую академию педиатрии (AAP), подчеркивают, что присыпки с тальком не рекомендуются для детей именно из‑за риска попадания частиц в дыхательные пути. В России Минздрав также советует при уходе за малышом отдавать предпочтение кремам с цинком и тщательно проветривать кожу после купания. ВОЗ напоминает: для младенцев безопасность означает минимизацию любых аэрозольных средств, даже при отсутствии доказанной токсичности.

Иногда порошок может пригодиться кратковременно, чтобы подсушить влажные складки во время «воздушных ванн», но наносить его нужно экономно, на расстоянии от лица, и удалять остатки перед надеванием подгузника, чтобы порошок не комкался и не травмировал кожу. Не нужно сочетать присыпку и крем на одном участке: средства работают по‑разному и вместе образуют «кашицу», ухудшая состояние кожи и абсорбцию подгузника.

Если появилась опрелость, помогают барьерные кремы с оксидом цинка или вазелином, аккуратное промывание и время без подгузника. Безталковые пудры на основе кукурузного крахмала допустимы, но наносить их стоит экономно и вдали от лица ребенка.