|
|
|
Володя Смирнов - жизнь вопреки!нужна помощьДокументы
Кристина родилась в той семье, которую официальные люди называю «неблагополучной» Нет, семья не сразу получила это статус. Начало жизни маленькой Кристины было весьма благополучным. Мама, папа, бабушки и дедушка. Жили в благоустроенной квартире, родители работали и очень любили маленькую кареглазую егозу. Папа приехал! Они давно не виделись и это так здорово, что в пустоте появился человек, родной, постаревший и такой знакомый с детства. Папа забирает к себе! У папы новая семья. У Кристины новая сестра. «А почему я не хожу в школу?»… «Документов у нас, дочка нет, а без документов тебя не берут. Ну ничего, будешь человеком». А мамы уже рядом нет. И пустота забивается работой дома у папы и соседей. И вдруг… ОН. Нет – это правда ОН! Тот, о ком мечтается потихоньку. Тот, кто даст семью… Так пусто без семьи, а тут ОН! Нету пустоты! Теперь нас трое! остатки пустоты вытеснила маленькая жизнь. Все же будет хорошо, правда? «И эта без документов, без анализов, привозят тут таких, а мы потом мой за ними с хлоркой» «У тебя мальчик, только мы его тебе не отдадим. У тебя документов нету, а без документов тебе мальчиков не положено» «Ребенок не выживет. Порок сердца не корректируется, пишите отказ» Больница. Краевая. Кардиология. «Нет, не выживет. Ему сердце и легкие можно поменять. Отказываться будете? Ну, как хотите. Молодая, родишь же еще. Нет? Ну и ладно» Синий. Трудно дышит, плохо ест, горячий… мамочки! какой горячий! Скорая! Больница. Реанимация. «Не выживет, отказывайся». Пневмония. И вот тут в Вовкиной и Кристиной жизни появилась Катя. Катя села на телефон и подняла по тревоге всех, кого неудобно было поднимать, но Вовка был очень синий. Слишком маленький и синий, чтобы думать о приличиях. Такой синий, что никакой квоты и направления в Москву ему не светило. И тут, наверное, Катя на пять минут превратилась в фею. Я в этом абсолютно уверена, потому что за Вовкой из Москвы прилетел самолет, и увез его оперировать порок сердца. Слухи утверждают, что фей было несколько, но все участники отрицают вмешательство высших сил в это чудо. Самолет с Вовкой и его мамой Кристиной приземлился в Москве, и врачи Бакулевки прооперировали Вовке порок сердца. Потому что никакой он не был неоперабельный, а очень даже операбельный. В тот момент, когда большинство родителей тихо-тихо, боясь спугнуть улучшение, начинают по капельке выдыхать – у Вовки случился инсульт. Помните, врачи всегда, когда говорят про операции, упоминают процент осложений? Это был личный Вовкин процент. После двух больниц врачи, пряча глаза, выписали Вовку. Никто из врачей не пообещал Кристине ничего хорошего, потому что ничего хорошего в Вовкином случае случиться не могло. Алтайские врачи прятали глаза так же, как московские. В общем, взрослые забыли спросить у Вовки и Кристины, как они планируют дальше жить. А Кристина планировала жить. С парализованным Вовкой на руках, с шестью классами образования и без жилья, Кристина помогала сыну как могла. На съемных углах, с помощью волонтеров, Кристина поднимала Вовку. Катя, по прежнему почти утвержденная в статус феи, помогала раз-два в год вывезти Вовку в Москву и полежать в больнице. Неврологи прятали глаза, но выдавали какие-то назначения, которые формально были правильными, но в безнадежном Вовкином случае, конечно, были скорее моральной поддержкой. У Кристины было только мамино наследство - светлая любовь к Вовке, поэтому между госпитализациями она выживала в Барнауле и свято выполняла назначения. Вовка же, молчком и тайком от всех остальных, боролся. Никто не знал, что это хотя и Владимир Смирнов, но на самом деле Илья Муромец – никто не знал до тех пор, пока Вовка не победил жуткого вида гидроцефалию и заставил свою голову принять нормальную форму и размер, начал держать свою новую красивую голову, ненадолго фокусировать взгляд, лепетать слоги и хватать погремушки руками. Парализованный безнадежный Вовка, списанный со всех счетов, имел совершенно другое мнение по поводу своего будущего. Врачи в Москве перестали прятать глаза. Они, наоборот, глаза широко раскрыли и зауважали Вовку. И даже в карте записали «Минимальная положительная динамика». Не хотели слишком уж обнадеживать, но факт был налицо. Вовка стал знаменитостью, хотя, конечно, он бы с удовольствием обошелся без подобной славы. Однажды его узнала даже врач из Томска, никогда его раньше не видевшая – им про знаменитого Вовку, поборовшего прогнозы, рассказывали на лекции. А маленькая Кристина, во всем целом мире имевшая только Вовку, паспорт и Катю (все еще утверждающую, что она не фея!), продолжала бороться. Теперь у Кристины появилась еще одна мечта (вторая, после первой, самой главной – Вовкиного здоровья). Кристина решила стать медсестрой. И вот прямо так, с Вовкой на руках, Кристина одолела седьмой, восьмой и девятый класс. Сейчас она учится в десятом. Она износила много пар обуви, пытаясь вернуть себе материнский дом, или хотя бы встать на очередь на жилье. И встала на него, она 485-я в очереди на общежитие. И тут волонтеры подумали: сколько можно. И пустили шапку по кругу. Если вы думаете, что в шапку лились денежные реки – вы ошибаетесь. Деньги собирали долго и непросто, но собрали, и теперь у Кристины и Вовки есть своя, своя собственная комната в коммуналке. Свои стены и крыша над головой. Вовка точно знает, что эта их законная территория. В этой комнате он наел себе щеки, научился есть с ложки, а не из бутылки, как маленький. У него вообще большие планы, просто он еще не умеет об этом рассказать. Вот теперь, когда вы точно знаете, что у Вовки и у Кристины жизнь постепенно налаживается, я могу признаться. Сейчас Вовке нужна помощь. Именно сейчас, когда он почти в одиночку борется за свое восстановление, а Кристина учится в десятом классе и моет полы, чтобы заработать себе и Вовке на жизнь – сейчас им требуются деньги на массаж. Потому что Вовка, конечно, Илья Муромец, но между госпитализациями ему нужно помогать, а процесс восстановления идет крохотными шажочками. Массаж стоит нереальных для Кристины и даже для Алтайских волонтеров денег. 44 тысячи рублей в месяц, приблизительно на шесть месяцев, но даже если на три – это уже будет грандиозно. Я предлагаю помочь Вовке и Кристине. У них есть любовь и мужество, у них даже есть крыша над головой, но им не достать таких денег. Кристина не любит долго обсуждать то, что им с Вовкой пришлось преодолеть, но ее молчание красноречивее многих слов. Поэтому пишет не Кристина, а я - в надежде на то, что мы сможем помочь Вовке сделать очередной шаг вперед. ДокументыТекущие нужды44 000 на 6 месяцев = 264 000 рублей. Как помочь?Реквизиты: Счет Смирновой Христины Владимировны Счет клиента сберкарты: 40817810802144533449-57 Яндекс-кошелек: 4100135209826 Webmoney: Последние новости02.12.2008 Это письмо Кати: Опубликовано: 12.12.08 |
|
